ИСКУССТВО

ЗНАНИЕ

 Крэйг Мориарти - Страшные сны Ктулху - читать и скачать бесплатно электронную книгу 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Лоренс Ким

До любви один шаг


 

Здесь выложена электронная книга До любви один шаг автора, которого зовут Лоренс Ким. В библиотеке nordicstar.ru вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Лоренс Ким - До любви один шаг.

Размер файла: 108.19 KB

Скачать бесплатно книгу: Лоренс Ким - До любви один шаг




«До любви один шаг»: Радуга; Москва; 2002
ISBN 5-05-005487-7, 0-263-81747-4
Оригинал: Kim Lawrence, “Accidental Baby”
Перевод: К. Арсеньева
Аннотация
Джо и Лайам дружили с детства. Джо рассказывала Лайаму о всех своих проблемах, он был просто ее лучшим другом, пока однажды она не поняла, что любит его. Однако Лайам так непостоянен, у него столько подружек… Вряд ли ей удастся превратиться из «своего парня» в его возлюбленную и тем более жену.
Ким Лоренс
До любви один шаг
Глава 1
Лайам Рафферти обалдело уставился на растянувшуюся рядом с ним фигуру и рассеянно провел ладонью по растрепанным темным волосам. В профиль ее нос оказался курносым с легкой россыпью веснушек. Кончики длинных темных ресниц отливали золотом. Он знал, что, когда они поднимутся, глаза будут зелеными с бронзовой каемкой…
Это когда она проснется… Лайам поднес кулак ко рту и впился в него зубами, стараясь подавить стон. Вдруг спящая зашевелилась, перевернулась на спину, закинув руки за голову и зарывшись пальцами в длинные, до плеч, тициановские кудри, вздыбившиеся вокруг маленькой головки. Гибкие движения тонкого тела заставили соскользнуть простыню.
Лайам, уже готовый совершить что-нибудь разумное и решительное, ну хотя бы натянуть на себя одежду, остановился. Самому придирчивому критику не удалось бы найти недостатков в этой груди, а Лайам вовсе не был придирчивым. Молочно-бледная кожа, пикантные веснушки около сосков… Как раз чтобы заполнить ладонь… Тихо, тихо, парень! Он решительно изгнал воспоминание. Без паники, думай, будь умным и спокойным. А если все-таки попробовать одеться?.. Поздно! Она уже открыла заспанные глаза.
Щедрые губы Джо Смит расплылись в мечтательной улыбке.
— Привет, Лайам, — пробормотала она сонным голосом и осеклась. — Лайам. — Она пробежала глазами по его загорелому торсу и неожиданно сдавленно пискнула:
— Мы это не?.. — Голос сорвался на крик:
— Сделали!
Вот и оставайся тут спокойным! Лайам почувствовал, что теряет самообладание. Что-то в последнее время он теряет его слишком часто! Джо проследила за его взглядом и дернула простыню до самого подбородка, посмотрев на Лайама как на самого гнусного осквернителя невинности.
— Постарайся взглянуть на все трезво, Джо. Не так уж это ужасно.
— Не так ужасно?! — Она порозовела. Он что, с ума сошел? Это не просто ужасно — это катастрофа.
— Понимаю, ты меня ненавидишь. Не стану оправдываться… — начал он, чувствуя себя абсолютно несчастным.
— Не говори глупостей, вовсе я тебя не ненавижу, — нетерпеливо отозвалась она.
До чего все-таки мужики бывают иногда тупыми. Даже Лайам. Он что, не понимает, что теперь все уже не так, как было? Прошедшего не вернуть никогда. Они бросили на ветер нечто драгоценное и редкостное ради минуты!.. Хотя… надо честно признать, в первый раз это длилось гораздо более минуты. Ну а во второй! Ее обдало жаром, лицо порозовело.
— Нет? — Ну, слава Богу. Он облегченно вздохнул, однако голубые глаза все еще глядели с опаской. — Даже если бы ненавидела, я бы тебя понял. — Лайам твердо решил взять ответственность на себя. — Я воспользовался твоим крайне уязвимым положением.
— Что-то я не помню, чтобы отбивалась от тебя палкой, — сухо ответила Джо.
Лайам кашлянул и отвел наконец взгляд. Так она и знала — ему даже смотреть на нее не хочется. Боже, что они наделали! Безумно глупо оступились, и вот дружба, длившаяся всю жизнь, опошлена и осквернена.
— Не в этом дело, — натянутым голосом произнес он, — виноват я.
— Нет, вы только послушайте! Он виноват! Голый Лайам Рафферти в роли героя мелодрамы времен королевы Виктории!
Волнение не помешало Джо отметить про себя поразительную красоту его тела. Разумеется, чисто эстетически. Она повертелась и села, укрывшись, как палаткой, тонкой простыней.
— О Господи, Джо! Но я же пытаюсь принести извинения! — Лайам еле сдерживал раздражение.
— Какая прелесть!
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду… это было ужасно, да? — Нижняя губа у нее предательски дрогнула.
— Ты же знаешь, Джо, что это не так.
Теперь ей пришлось отвести взгляд.
— Правильно. Было хорошо, отлично… — Она замолкла и в отчаянии прикрыла глаза. Интересно, какое все-таки впечатление она на него производит?
Деревянное изголовье заскрипело, когда Лайам уперся в него спиной.
— Ты что, Джо, плачешь, что ли?
— Еще не хватало! — Она не покажет ему своей слабости.
Джо всегда твердо отрицала мнение, что между мужчиной и женщиной не может быть платонических отношений. Лайам был ее лучшим другом. То, что он был еще и мужчина, отходило на второй план. Обстоятельства свели их вместе чуть не с рождения. Их дома стояли почти рядом, их матери дружили со школьных лет. Ее отец был ветеринаром, его — держал конный завод. Когда они выросли и занялись каждый своим делом, их дружбы это не ослабило.
Она почувствовала, как его рука скользнула по изголовью над се плечами и вдруг остановилась. Ей очень захотелось плакать. Их дружба всегда допускала прикосновение. То, что теперь Лайаму приходится думать, прежде чем коснуться ее, и он решает этого не делать, печально отражало изменившееся положение вещей…
— Все началось, когда я обнял тебя, — сердито напомнил он.
Значит, он все еще читает ее мысли. Не все изменилось.
— Этот сукин сын тебя обидел, а мне так захотелось тебя утешить… И вот что я натворил! — Он с силой стукнул кулаком в свою ладонь, и Джо подскочила от хлопка.
А ведь он утешил ее. Еще как утешил!
— Ты сам пытался прекратить. — Она почувствовала, как щеки заливает краска стыда. — Я не дала. — Интересно, осталась ли хоть одна пуговица на его рубашке? Она вздрогнула, вспомнив, как срывала с него одежду.
— Мужчина не имеет права так злоупотреблять женщиной, — упорно твердил он.
— Крыса ты, негодяй, вонючка. Вот тебе! Теперь доволен? Теперь тебе стало легче? — не выдержала она. — Тебе так хочется быть благородным, что ты готов испортить нашу дружбу? В конце концов, мы же не собираемся заниматься этим каждый день!
Все это, конечно, махание после драки кулаками, и все же он мог бы не смеяться так откровенно. Хоть бы для виду задумался над ситуацией!
— Ты права, Джо. — Его рука наконец обвила ее плечи. Но Джо не прильнула к нему. — Нам надо просто забыть об этом. — В его интонации сквозило явное облегчение.
Случись это при других обстоятельствах, Джо не сомневалась, что так и поступила бы. Но судьба решила все по-своему.
— Хорошо прогулялась, детка?
— Спасибо, папа, замечательно. — На пляже дул ветер, и у нее разрумянились щеки. — Я зашла дальше, чем собиралась. — Она дернула липучку на штормовке и откинула назад волосы. — Когда они ждут нас?
— В полвосьмого. Но если ты устала…
— Не трепыхайся, пап, будь ангелом, — взмолилась она. Эта заботливость уже начинала раздражать.
— Тебе надо больше отдыхать, — возразил он, озабоченно сдвинув брови.
— Я и отдыхаю. Еще немного, и совсем размякну. — Она засмеялась и пошла наверх, перебирая в уме гардероб — требовалось что-нибудь подходящее для абсолютно неторжественного ужина. В ближайшем будущем ей придется серьезно заняться обновками.
Джо решила, что свободная блуза цвета зеленого яблока как раз подойдет, поскольку прикроет множество грехов. Тут она заметила шестнадцатилетнюю сестренку в крошечной мини-юбке и с топом из тонкой лапши, обнажившим загорелую поясницу, и в высоких сапогах на платформе, делавших ее ноги бесконечно длинными. Джо сразу показалась самой себе ужасно старой и огромной, как дом.
— Не замерзнешь, Джесси? — как будто невзначай спросил Билл Смит, с мученическим выражением отводя глаза от вызывающего туалета дочери.
Джесси обменялась ухмылками со старшей сестрой.
— До чего тонко выражается. А ты что скажешь, Джо? — И она покружилась.
— Отлично выглядишь, Джесси, — искренне ответила та.
— Да, знаю. — Джесси победно взглянула в зеркало. — А ты, Джо, как будто расползлась немного, извини меня, конечно.
— Джесси! — Билл Смит бросил на дочь возмущенный взгляд.
— Я шучу, пап, шучу. — Плечи у Джесси тряслись от смеха.
— Дай-ка взгляну на тебя.
Тетя Мэгги положила руки на плечи Джо и вгляделась ей в лицо острым взглядом. Джо покорно ждала.
— Ну как, сойдет?
— Тебе бы все улыбаться. А вот твоя мама, царствие ей небесное, наверняка надеялась, что я за тобой присмотрю. Верно, Пат?
— Безусловно, но не заставляй людей стоять в прихожей. Заходите же.
Огонь в камине викторианской гостиной с высоким потолком согревал, как и улыбки хозяев. Тетя Мэгги была лучшей подругой матери, и этот дом был для Джо с детства родным.
— Джо, — закричала Джесси, первой влетая в гостиную, — почему ты не сказала, что здесь будет Лайам?
— Я не знала, — пролепетала Джо, уже влекомая через порог крепкой направляющей рукой дяди Патрика.
— Она и словом не обмолвилась. — Джесси повисла на шее сногсшибательного сына тети Мэгги и дяди Патрика. — А мы-то думали, что ты за «железным занавесом». Копаешься там во всякой бяке и разоблачаешь негодников. — Она взъерошила его длинные, до плеч, волнистые темные волосы и нежно улыбнулась. Джесси недавно пришла к заключению, что взрослые мужчины умопомрачительны, а Лайаму небось уже никак не меньше тридцати.
— «Железный занавес» с некоторых пор успел раствориться. — Он твердо поставил ее на ноги. — Вас что, уже ничему не учат в школе?
Джо завороженно смотрела, как ее отец делает шаг вперед и жмет руку высокому парню, стоявшему к ней спиной.
— Пат говорил, что ты копаешься в московских архивах. Готовишь что-нибудь интересное?
— Возможно, — непринужденно отозвался Лайам. — Но пока еще рано об этом говорить.
— Я читал твою статью о рабочих условиях в лагерях для беженцев. Выдающийся материал.
— Я работал с лучшим фотографом.
— Он такой скромник, — любовно произнесла Мэгги Рафферти. Она не без оснований гордилась сыном — журналистом высшего класса. Последняя его книга оставалась в списке бестселлеров в течение трех месяцев, а для серьезного исследования это было неплохо.
— Ничего себе скромник! — ласково усмехнулся дядя Пат.
Лайам обернулся, услышав насмешку отца, и тут впервые заметил Джо. Улыбка как будто застыла у него на лице, словно ему на мгновение парализовало мышцы. Джо отметила вымученность гримасы и позавидовала самообладанию Лайама. Он-то знал, что встретит ее. Все было так смехотворно, что она чуть не расхохоталась. Нет, Джо, сейчас не время для истерических припадков.
С того знаменательного утра они встретились впервые. Все вышло само собой: его работа предполагала кочевой образ жизни, не видеться по несколько месяцев подряд было в порядке вещей. Они переписывались, переговаривались по телефону как ни в чем не бывало. Тон задавал он. Наверное, с его точки зрения, все было в порядке.
Лайам быстро пришел в себя. Он подошел и поцеловал Джо в обе щеки, затем отодвинул ее на длину вытянутой руки, как только что сделала его мать, и ласково вгляделся в ее лицо.
— Ты в самом деле немного располнела, Джо. У тебя округлилось лицо, — сказал он, еле заметно хмурясь. — Тебе это идет, — закончил он с улыбкой. В былые времена он часто подтрунивал над ее хрупким телосложением.
— Еще бы ей не располнеть. Не смеши нас, снисходительно вставила его мать.
— А мне сделали выговор за то, что я ей сказала, что она толстая, — возмущенно заметила Джесси, опускаясь в кресло и запихивая в рот пригоршню орехов.
— Она не толстая, — укоризненно поправил ее отец.
— Пока нет! — фыркнула Джесси.
— На первых порах, когда Мэри вынашивала Джесси, она была размером с дом, но с тобой она довольно долго сохраняла фигуру. Наверное, и у тебя с первенцем так получится. — Билл хмуро поглядел на младшую дочь:
— Ты перебьешь себе аппетит.
Никто ни в чем не сомневался! Ну конечно же, все были уверены, что Лайам в курсе. А как же иначе? Джо подумала, что рано или поздно ей все равно пришлось бы затронуть эту тему, но только не сейчас.
В этот момент Лайам машинально отступил на шаг, и его взгляд упал на ее талию, еще почти не изменившуюся.
— Боже мой, — произнес он сдавленно, — да ты же беременна!
— Он не знал, — молниеносно откомментировала Джесси. — А я думала, вы друг другу все рассказываете.
— Похоже, не все, — мрачно отозвался Лайам.
— Ну что ж, теперь и тебе известно, — непринужденно подхватила Джо и замолчала, увидев, как побелели у него поджатые губы.
— В последнюю очередь. Хотя моя роль здесь, кажется, не последняя. — Его голос показался Джо до странности незнакомым.
— Выпьешь, Билл? У тебя, конечно, сегодня выходной, но мне очень хотелось бы, чтобы ты до ужина взглянул на жеребенка, — сказал Пат Рафферти, не подозревая, какие тучи собираются на горизонте. — Чего вам налить, девочки?
— Джин с тоником, — невозмутимо произнесла Джесси.
— Пат, дай ей кока-колу, — крикнул Билл.
— Ну, кока-колу так кока-колу, — философски отозвалась Джесси.
— Как ты могла, Джо? — Голос Лайама, дрожащий от волнения, нарушил нормальное течение общей болтовни. Взгляды присутствующих обратились сначала к ней, потом к нему.
— Мне бы не хотелось обсуждать это сейчас. — Только без сцен, ради Бога.
Но Лайам отклонил мольбу, стоявшую у нее в глазах.
Почему она никогда не замечала, каким жестким и даже жестоким может быть у него лицо? Ее охватила дрожь. Испугаться Лайама? Бред.
— Ну что ты, парень? Понимаю, это несколько неожиданно, но, в конце концов, это не наше дело, не так ли? — Пат успокоительно положил руку на плечо сына.
Лайам на мгновение отвел взгляд от Джо и гневно взглянул на отца.
— Я полагаю, мой ребенок — это мое дело. Тебе не кажется?
Наступила оглушительная тишина, и вдруг все заговорили разом.
— Я снова стану бабушкой, — еле слышно произнесла Мэгги и опустилась в кресло.
У Джесси от любопытства горели глаза.
— Я знала, что они все вдвоем делают, но чтоб еще и это!
— Джессика, прекрати! — рявкнул Билл.
— Это правда, Лайам? — медленно спросил Пат и тряхнул головой, словно не веря.
— Спроси у Джо.
Ледяной взгляд голубых глаз не оставил ей выбора.
— Я не прощу тебе этого до конца своей жизни! задыхаясь от ярости, проговорила она.
— Это может оказаться не так уж не скоро, мрачно огрызнулся он.
Мэгги вскочила на ноги и хлопнула в ладоши.
— Я так рада, — заявила она, обливаясь слезами. — Я всегда чувствовала, что вы созданы друг для друга. — Она порывисто обняла Джо. — Наконец-то ты и он! Бабушка. Не могу поверить.
— Я и сам с трудом верю, мама. — Лайам еще раз злобно посмотрел на Джо.
Мэгги оторвалась от нее и прижала сына к материнской груди.
— Когда свадьба? — всхлипывая, спросила она.
— Свадьба? — Вопрос сбил его с ног, как хороший нокаут. Джо показалось, что она слышит треск костей. Ах ты, ханжа, свинья ты этакая, ну, погоди!
— Правда, Лайам. — Она подняла на него невинные глаза. — Когда ты сделаешь из меня порядочную женщину?
— Свадьба! — взвизгнула Джесси, на мгновение забыв о том, какая она уже взрослая. — Можно я буду подружкой невесты?
— Мне кажется, нам с Джо надо поговорить обо всем наедине.
— Ну, разумеется, конечно, наедине! Жаль, ты не подумал об этом раньше. Нам с тобой не о чем говорить, Лайам Рафферти. Потому что я не пошла бы за тебя замуж, даже если бы ты был последним мужчиной на земле! — Она перевела дыхание. — Это мой ребенок. Извини, тетя Мэгги, — сказала она, когда та снова залилась слезами. — Видишь, чего ты добился! — крикнула она, поворачиваясь к Лайаму. — Это все из-за тебя!
— Не думай, будто я снимаю с себя вину… Джо вскинула голову.
— А я и не думаю! Я вообще не собираюсь выяснять, кто виноват. Я хочу этого ребенка не потому, что несу за него ответственность, а потому… потому что люблю его! — Она прикрыла рукой трясущиеся губы, слезы не давали говорить.
— О Боже, Джо. — Его злоба испарилась. — Папа, можно мы пройдем в кабинет?
— Конечно, сынок. Только ты полегче, а то я тебя знаю.
Сын сверкнул глазами.
— За кого ты меня принимаешь? — Пат выразительно приподнял бровь, и Лайам стиснул зубы. — Понял. Поговорим, Джо?
Она вызывающе подняла подбородок, в глазах стояли слезы.
— Ну, если это так необходимо…
Лайам подошел к бюро и взял полупустую бутылку любимого пива отца.
— Хочешь? — Он протянул Джо стакан. — Ах да, забыл… — Его взгляд вновь упал на ее талию, и его заметно передернуло.
— Ты что, собираешься напиться?
— Я не думал об этом, но раз уж ты настаиваешь…
— Если ты еще будешь дерзить…
— Дерзить? — Он сделал несколько больших глотков. — Упаси бог! Но почему, черт побери, ты ничего мне не сказала, Джо? Ты писала о чем угодно: о работе, о новых обоях в ванной, о последнем уроке кулинарии… Наверное, тебе просто в голову не приходило, что мне было бы небезынтересно узнать, что я вот-вот стану отцом.
Этот сарказм ей не понравился.
— Похоже, ты вполне уверен, что ребенок твой. Уверен настолько, что решил объявить это обеим семьям сразу.
На его резко очерченных скулах выступила краска.
— Ты права, не надо было этого делать, — неохотно признал он. — Но сказать, что я был в шоке, значит ничего не сказать. А что касается того, мой или не мой… Единственный известный мне альтернативный кандидат — это Джастин Вуд, человек, органически неспособный на такую оплошность. Его реакция на уровне компьютера.
Джо вспыхнула.
— Извини, если не разделяю твоего издевательского отношения к предосторожности при подобных обстоятельствах.
Лайам дернул головой, будто ему дали пощечину — Я не всегда поступаю так неосмотрительно, процедил он сквозь зубы.
Джо вздохнула — так им ничего не добиться.
— Знаю, Лайам. — Она провела тыльной стороной ладони по взмокшему лбу. — И перестань ходить взад и вперед, меня мутит от этого.
Он метался, как зверь в клетке. Наверное, когда-нибудь в один прекрасный день Лайам решит, что уже пора бы подумать о семье и браке, но только не сейчас. Я не собираюсь держать тебя в клетке, Лайам, хотелось крикнуть ей.
— Я отец. — Не отводя взгляда от ее глаз, он сел на старый кожаный диван.
Джо торжественно кивнула головой и усилием воли сдержала слезы.
— Не делай этого, — взмолилась она, когда он стал трещать суставами сплетенных пальцев. Он тупо уставился на нее. — Заработаешь артрит. — Она коснулась его руки.
Лайам опустил глаза, разглядывая маленькую ручку у себя на руке.
— Предрассудки.
Он повернул ладони, и ее руки оказались зажатыми между ними. Джо с удивлением взглянула на него.
— Извини, что я тебе сразу всего не сказала. — Ее наконец прорвало. — Я хотела, но ведь такое не добавишь в качестве постскриптума к письму, верно? — Теперь у нее в голосе звучали мольба и надежда. Надежда, что он все поймет. — А что ты мог поделать? Я ведь все равно ни за что не сделала бы аборта. Так что в любом случае это моя проблема.
Ее первым порывом, едва она поняла, что беременна, было позвонить ему. Только почувствовать его объятия, услышать, что все будет хорошо. Так бывало всегда — при малейших затруднениях она бежала к Лайаму. И потребовалось немало силы воли, чтобы не схватиться за телефон или, пуще того, сесть на первый же самолет.
Лицо у Лайама стало опять жестким.
— Ты считаешь, я попросил бы тебя сделать аборт? За кого ты меня принимаешь, Джо? — Он медленно покачал головой.
— Такой вариант вообще не рассматривался, так что не имеет значения, за кого я тебя принимаю. — Она опять сникла.
— Это имеет значение для меня.
— Лайам, мне больно!
Он опустил взгляд и с удивлением увидел ее маленькие, хрупкие руки в беспощадных тисках своих пальцев.
— Извини. — Он тяжело дышал, грудь вздымалась и опускалась. Наконец он отпустил ее. — Я не позволю тебе отстранить меня, Джо.
— А с чего ты взял, будто я пытаюсь тебя отстранять? — Она произнесла это без запинки. — Конечно, это твой ребенок, и он или она будет знать об этом, и тебя будет знать, Лайам. Наша с тобой дружба всегда была очень важна для меня. — Голос у нее вдруг стал хриплым. — Но нам надо быть разумными. Ребенок не входил в наши планы. Ты не собирался становиться отцом. По крайней мере, моего ребенка. — Острая боль пронзила ее, но голос не дрогнул. — Я понимаю, мы не можем притворяться, будто ничего не произошло, но мы ведь и не можем сделать вид, будто внезапно влюбились друг в друга. — Она печально улыбнулась. — Хотя твоя мама была бы счастлива…
Доводы были неопровержимыми. И все-таки Лайам испытывал тягостное чувство неудовлетворенности.
— Тебе одной не справиться. Джо пожала плечами.
— Справляются же люди, даже при меньшей, чем у меня, поддержке родных.
— А как после… после?..
— Родов? — подсказала она. Он затряс головой, как будто сама мысль еще казалась ему не правдоподобной. — Не беспокойся, — мягко проговорила она, — ты привыкнешь. — Лайам диковато глянул на нее. — Я же привыкла. Я здорова и могу работать до конца. А потом я договорилась с друзьями насчет няни на троих.
— Ты уже все продумала? — Он смотрел на нее так, будто видел впервые.
— А что же мне, зарываться головой в песок?
— А тебе не приходило в голову, что я могу захотеть помочь?
— Ты? — Если она сейчас засмеется, у нее начнется истерика. — Из-звини, давай будем трезво смотреть на вещи. Твой образ жизни не очень приспособлен к воспитанию детей. Ребенка нельзя таскать с собой как багаж, тут еще кое-что требуется.
— Я догадываюсь.
— Не обижайся. В один прекрасный день ты встретишь кого-нибудь, с кем действительно захочешь завести ребенка. Может, и я кого-нибудь встречу…
— Какая ты вдруг стала умная!
— Я много читала.
— Вот как! Читала! — Он не мог скрыть сарказма. — Моя сестра тоже много читала. И выкинула всю библиотеку, когда ее сыну Найду исполнилось полгода. У младенцев свои правила.
Здесь он прав: как всегда, точно угадал ее сомнения и страхи.
— Я человек гибкий.
— Ну да, и поэтому изо всех сил держишься за работу, которая заставляет тебя вести почти монашеский образ жизни. Случайно не в этом году они обещали принять тебя в члены компании? И не из-за этого ли ты потеряла своего бесценного Джастина? Тебе некогда было лелеять его непомерное самолюбие. Так когда же ты собираешься заниматься ребенком?
— Положим, даже у монахинь бывают выходные. Это я точно знаю.
Лайам закрыл глаза и стукнул себя кулаком по лбу.
— Ах, Джо, что я с тобой сделал? С твоей карьерой, с твоими планами. Я же знаю, сколько у тебя было надежд!..
— Не забывай, я в этом тоже поучаствовала.
— Это я помню.
Под тяжелым взглядом его немигающих глаз у нее сжалось горло, а конечности отяжелели и перестали слушаться.
— Бесполезно оплакивать убежавшее молоко, проговорила она с напускной жизнерадостностью.
— Свежие у тебя сравнения.
— Не надо острить, Лайам. В конце концов все сводится к тому, что мы с тобой совершили ошибку, и я не допущу, чтобы мой ребенок страдал из-за нее. Вот и все.
— Ошибку. — (Она не поняла, откуда у него в голосе появилась горечь.) — А как воспринял это твой отец?
— Он считает, что, будь жива мама, такого бы не случилось. — Джо вздохнула, и на ее гладком лбу проступила морщинка. — Похоже, все за меня жутко волнуются. Но я же не дурочка, я обдумала все трудности. Последняя трудность — это ты. Остальным придется мириться с моими решениями.
— Не обязательно превращать это в войну, Джо.
— Я тоже так подумала, — сказала она, но уже не так уверенно: Лайам способен навязать ей свою волю. И она не должна позволить ему сделать это.
— Я просто хочу поддержать тебя. — Он стиснул зубы, увидев недоверие на ее лице. — Ты больше не одна.
— Не думаю, что Сюзанну это обрадует.
— Сюзанну?
— Да, о которой ты писал в каждом письме весь прошлый месяц.
— Ах… эту Сюзанну.
Румянец, появившийся на его щеках, скорее всего, означал, что это серьезно. Я рада за него, добродетельно подумала Джо.
— Могут возникнуть осложнения, если она узнает, что ты готовишься стать отцом, — сухо заметила она.
— Черт, Джо, я все еще не могу поверить, хрипло произнес Лайам.
Джо с сочувствием отметила его несколько растерянный вид.
— Такое не сразу доходит, — признала она. Казалось, он еще не пришел в себя. Ей легко было понять его.
— Ты здорова? То есть все в порядке? — Он уставился на еще не успевший вырасти животик.
— Доктор говорит, что все развивается нормально.
— Я хотел сказать, ты-то как?
— Меня все еще тошнит, и похоже, что для того, чтобы выспаться, мне нужно четырнадцать часов в сутки. В остальном…
— Боже мой. Неудивительно, что папа и дядя Билл смотрели на меня как на пещерного человека.
— Полагаю, твоя репутация поборника нравственности от этого не рухнет. Лайам заскрежетал зубами.
— Я говорю не о репутации, а о том, что ты пережила одна! Что с тобой? Почему ты решила выставить меня шалопаем, не способным принять ответственность?
— Считай, что дело в моих гормонах. По крайней мере, я так считаю. Они меня довели до этого, так пусть приносят пользу, — сострила она, немного нервничая.
— Это я довел тебя, а не гормоны. Джо нахмурилась.
— Надеюсь, ты не станешь предлагать какую-нибудь глупость, вроде женитьбы? — настороженно спросила она. — Я многим готова пожертвовать ради своего ребенка, но всему есть предел.
Наступило молчание, во время которого Лайам как-то странно посмотрел на нее.
— В иных кругах меня считают завидной партией, — наконец сказал он.
Она с облегчением рассмеялась: юмор ему не изменил.
— Я слишком хорошо тебя знаю. Надеюсь, ты будешь вести себя разумно.
— Разумно? То есть не сделаю тебе предложения?
— Вот именно. — Она сморщила носик. — Конечно, существует и платонический брак, основанный на дружбе, по взаимному согласию… Но мне, знаешь, хотелось бы немного… огонька в супружеской жизни. Если я вообще когда-нибудь выйду замуж.
— Может, ты рассчитываешь высечь искру из Джастина Вуда? Я бы сказал, он относится к категории огнеупорных.
— Не понимаю, что ты имеешь против Джастина, — проворчала она.
— А я не понимаю, что ты в нем нашла! И никогда не понимал. И не знаю, чего ради ты за него заступаешься. Он ведь тебя послал после… сколько у вас продолжалось это ваше страстное увлечение?
— Ты прекрасно знаешь, что я встречалась с Джастином два года. А что ты скажешь, если я начну перемывать косточки твоим подружкам?
— Можно подумать, ты этого никогда не делала! А кто сказал, что Танина фигура обязана скорее силикону, чем природе?
— Это которая? Не припомню. Конечно, кое-кто мог бы сказать, что тебе недостает постоянства, но только не я…
— Язычок у тебя хуже змеиного жала. — Невеселая улыбка сползла с его лица. Он соскользнул с дивана и встал перед Джо на колени. — В таком положении шутками не отделаться, Джо. — Он крепко сжал ладонями ее руки. — Ты как ледышка. — Он начал растирать ей пальцы. — Я думаю, что нам надо договориться о кое-каких формальностях относительно ребенка.
— К чему формальности? — Когда он встал на колени, она уже было подумала!.. Чушь, Лайам не такой дурак, чтобы даже заикнуться об этом.
— У меня кровь застывает в жилах от одной мысли, что моего ребенка будет воспитывать какой-нибудь… вроде этого Джастина.
Джо сердито отдернула руки.
— Ты считаешь, я не способна поставить интересы моего ребенка выше своих?
— Нашего ребенка, — напомнил он.
Джо утомленно вздохнула — к чему эти бессмысленные споры, жизнь и без того достаточно сложна.
Неожиданно Лайам взял в ладони ее лицо.
— Я не собираюсь давить на тебя и даже скажу маме, что свадебных колоколов не будет. — Он криво усмехнулся и отпустил ее. — Ни пуха.
Хорошо, что он не скрепил поцелуем эту попытку договориться. Джо перевела дух и тут же почувствовала тошноту. Она не рискнула подняться на ноги, пока тряслись колени.
Глава 2
— Ты рискуешь испачкать свои прекрасные туфли, если зайдешь сюда, — предупредила Джо. Вид длинных ног в роскошных лаковых туфлях сразу нарушил ее мирное настроение. Она не спеша выпрямлялась, давая сердцу время замедлить ход. — Я кормлю Наполеона.
Билл Смит обожал приводить в дом всяких сироток и бродяжек. Наполеон, козел с несносным характером, был одним из них.
— Догадываюсь, что ты не рада моему приходу. — Лайам с опаской взглянул на козла. — Эта скотина всегда меня недолюбливала.
Начало было вполне невинным, но у нее вдруг часто забился пульс и задрожали руки.
— Кому-нибудь другому я бы сказала, что не следует приписывать животным человеческие качества, но в данном случае… привяжу-ка я его. А то мне всю жизнь не расплатиться, если ему придет в голову пожевать этот элегантный костюм. — В свободном сером итальянском костюме Лайам был неузнаваем. — У нас не принято торжественно одеваться к воскресному обеду, — пошутила она, чтобы скрыть нарастающее смятение.
— По-моему, меня не приглашали, — сухо отозвался он. — Твой папа сказал, что ты здесь. — Темные брови сурово сдвинулись. — У меня собрание в Манчестере, — добавил он, непринужденным жестом поглаживая шелковый галстук.
Джо отставила пластиковое ведро и, засунув руки в карманы джинсов, вышла на слабый утренний свет.
— Итак, ты виделся с папой. Было очень страшно?
— Скажем, мы откровенно обменялись мнениями. А его мнение таково, что я эгоистичный, непорядочный сукин сын, злоупотребивший его гостеприимством, чтобы соблазнить его дочь.
Джо подумала, что могло быть хуже — накануне вечером папа выражался куда менее сдержанно.
— Мне очень жаль, Лайам. Он сейчас довольно сильно расстроен.
— Я не говорил, что я с ним не согласен.
— Только, пожалуйста, без самобичеваний, — огрызнулась она, — хватит с меня и папы. Я пыталась ему объяснить, что если там кто и соблазнял, так это я! — Как ни неприятно это было сознавать, но притворяться не приходилось. Она вызывающе выпятила подбородок.
Что-то блеснуло в глубине его глаз.
— Это, наверное, произвело впечатление. Удивительно, как он не спустил на меня собак.
— Или не задушил слюнявыми поцелуями. Помнишь, как тогда?..
— Нам надо серьезно поговорить, Джо. — По его лицу было видно, что он не расположен предаваться воспоминаниям. — Нельзя вести себя так, будто ничего не изменилось.
Это он ей говорит!
— Предпочитаешь греческую трагедию? Мне отрепетировать душераздирающие вопли? Я, видишь ли, сама догадалась об этом, несмотря на мой ограниченный интеллект.
Он положил руку ей на плечо.
— Понял, Джо. Просто ты кажешься такой… спокойной.
Она не смогла сдержать улыбку. Если бы он знал, какой ужас охватил ее, когда она поняла, что беременна.
— Тебе вовсе ничего не надо менять в своей жизни.
Его пальцы сжались у нее на ключице, и она поморщилась.
— Извини, — проскрежетал он, опуская руку. — Ты заранее уверена, что отцовство не для меня?
Злость, с которой это было сказано, вызвала в ней недоумение.
— Ну почему же? Я просто говорю, что тебе нет необходимости этим заниматься. Я превосходно сама…
Гнев, вспыхнувший в голубых глазах, заставил ее замолчать.
— Только не сама. У тебя будет мой ребенок. Джо вдруг поняла, какого дурака сваляла. Она совсем забыла о его чувстве собственника.
— И ты у него будешь. Только не все время. — Она старалась говорить примирительным тоном.
— Но ты предоставишь мне право посещения?
— Думаю, обойдемся без юридических бумаг. — Ее поразила горечь в его голосе.
— Это ты сейчас говоришь. А если снова появится какой-нибудь Джастин? Тебе не приходило в голову, что я не хочу быть отцом на полставки?
Интересно, а каким отцом он хочет быть? Джо с удивлением взглянула на него. Лайам был какой-то чужой, совсем чужой, даже неприятный.
— Что за ерунда.
— Я серьезно. Я не собираюсь ждать, когда все утрясется само собой. Речь идет о моем ребенке.
— О нашем ребенке, — тихо произнесла она.
— Что ты сказала?
— Я сказала, о нашем ребенке. Ты все твердишь, мой ребенок — то, мой ребенок — это. Я тоже имею к нему отношение, — ехидно заметила она.
Под загаром у Лайама проступила мертвенная бледность, и глаза от этого стали еще ярче.
— Тебе не удастся проигнорировать тот факт, что я отец твоего ребенка. Так что смирись с тем, что я никуда не исчезну.
— Даже в Манчестер? — напомнила она.
— Я должен ехать, — огрызнулся он. — Если бы не необходимость, я бы не поехал. Понимаю, что это совсем не вовремя, но завтра я вернусь. Тогда поговорим.
— Завтра я буду на работе.
— Останься дома и жди меня.
Он элегантно повернулся и вышел. Эта уверенность, что ему не осмелятся возразить… Пусть не надеется, она и не подумает его ждать!
— Спасибо, Джастин, не стоит утруждать себя.
— Чем бы все ни кончилось, Джо, думаю, мы должны оставаться цивилизованными людьми, деревянным голосом ответил тот. Впрочем, Джастин всегда держался несколько чопорно.
— Я очень признательна, — мягко сказала она. Джастин укладывал в чемодан книги, которые Джо ему передавала. Она обвела печальным взглядом полупустой кабинет.
— Разреши мне поговорить с коллегой о твоем необоснованном увольнении, — хмуро проговорил Джастин. — Это совершенно не по правилам, тебе полагается пособие. — Его юридический ум не мог смириться с тем, что она не использовала возможность получить пособие. — Я бы сам тебя представил, но это не по моей части.
Джо была тронута его предложением.
— Не надо, я все обдумала, не хочу, — твердо ответила она.
Все было сделано в высшей степени учтиво. Ей не было сказано, что репутация матери-одиночки повредит имиджу компании «Макгру и Бартнетт».
— О том, чтобы в этом году принять меня в члены компании, была только устная договоренность.
Ты же знаешь, Джастин, они не то чтобы выкинули меня. Я могла согласиться с понижением.
— Но они знали, что ты не согласишься. Да, знали. Четыре года назад Джо не волновало, что ее приняли в известную и весьма консервативную бухгалтерскую фирму, только чтобы отдать дань равноправию женщин. Ей представился случай показать себя. Она обладала столь высокими деловыми качествами, что ей неофициально было сообщено, что ее собираются принять в члены компании. В свои двадцать семь она стала бы самым молодым партнером за всю историю компании. И вдруг однажды утром ее вызвали в правление. Они это назвали «сокращением ее трудовой нагрузки».
— Лично я считаю, что с такими взглядами им место в средних веках, — строго заявил Джастин.
Несмотря на раздражение и обиду, Джо готова была улыбнуться. Ей в голову не приходило, что в один прекрасный день столь озабоченный условностями Джастин окажется на стороне современных нравов. Несмотря на внешнее щегольство, в душе он оставался старомодным блюстителем традиций и становился опасным только в суде, где был безжалостен к противнику.
Кипа бумаг, которые она держала, выскользнула из рук и посыпалась на пол. Джо выругалась и, опустившись на колени, начала собирать. К ее удивлению, Джастин взялся помогать, рискуя запачкать свои безупречные брюки.
— Не понимаю твоего спокойствия. Когда я сделал тебе предложение, ты отказала мне, ссылаясь на работу. И вот через какие-то пару месяцев ты без работы… и беременна.
И еще раздетая и голодная, добавила она про себя.
— Спасибо, Джастин, я не подумала, — сухо отозвалась Джо.
— Я решил, если тебе поставить ультиматум, если уйти от тебя, ты возьмешься за ум. Я вообще не думал… — Он потряс головой.

Читать книгу дальше: Лоренс Ким - До любви один шаг

 Братство, скрепленное кровью http://litkafe.ru/writer/7670/books/53834/fadeev_aleksandr_aleksandrovich/bratstvo_skreplennoe_krovyu