ИСКУССТВО

ЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Беннет Сара

Сестры Гринтри - 1. Невинная обольстительница


 

Здесь выложена электронная книга Сестры Гринтри - 1. Невинная обольстительница автора, которого зовут Беннет Сара. В библиотеке nordicstar.ru вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Беннет Сара - Сестры Гринтри - 1. Невинная обольстительница.

Размер файла: 239.47 KB

Скачать бесплатно книгу: Беннет Сара - Сестры Гринтри - 1. Невинная обольстительница



Сестры Гринтри – 1

OCR Roland; SpellCheck САД
«Невинная обольстительница»: АСТ; Москва; 2007
ISBN 5-17-041461-7
Аннотация
На все готова добродетельная Вивианна Гринтри, чтобы убедить несговорчивого сэра Оливера Монтгомери взять под защиту маленьких сирот.
Она даже решилась брать «уроки обольщения» у знаменитой куртизанки, лишь бы добиться благорасположения жестокосердного лорда.
Но чем обернется осуществление ее плана?
Какие тайны откроются благодаря этим «урокам»? И устоит ли Монтгомери перед чарами невинной обольстительницы?
Сара Беннет
Невинная обольстительница
Пролог
Гринтри-Истейт , Йоркшир , Англия 1826 год
Вивианна прижала палец к губам, призывая к молчанию. На ее грязном, овальной формы личике ярко сияли огромные карие глаза. Каштановых волос, тусклых и засаленных, уже давно не касалась расческа. Обе ее сестренки, такие же заплаканные и чумазые, еще крепче прижались к ней, испуганно вытаращив глазенки и затаив дыхание. Голоса, раздававшиеся снаружи, за стеной дома, сделались громче.
Один из них Вивианна тотчас узнала. Он принадлежал мужчине с бакенбардами, который уже не раз приходил к ним. Сейчас он заглядывал в окно, явно надеясь выманить сестер на улицу.
Этого мужчину с бакенбардами Вивианна ужасно боялась.
Когда он ушел, громко топая и покачивая головой, сестры остались сидеть в темном углу спальни. Чтобы приободрить сестренок, Вивианна стала рассказывать им историю о трех маленьких девочках, которых женщина с длинным узким лицом и ее муж сначала украли у их матери, а затем бросили.
История сильно напоминало то, что на самом деле произошло с тремя сестрами, однако в изложении Вивианны мать нашла всех троих детей и все закончилось удачно. Прекрасный, счастливый конец, какой и подобает любой сказке.
– Хочу есть, – заявила двухлетняя голубоглазая Мариэтта, когда Вивианна закончила свой бесхитростный рассказ.
– Я знаю, что ты проголодалась, Этта, – отозвалась шестилетняя Вивианна. – Но этим утром мы доели последний кусочек хлебца. Попробую где-нибудь найти еды. Потом, когда стемнеет. – Девочка представления не имела, удастся ли ей раздобыть еды, однако знала что, как старшая, она должна любым способом накормить младших сестер.
Мариэтта доверчиво улыбнулась ей. Франческа же всхлипнула и еще крепче вцепилась в юбку старшей сестры. Темноглазой и темноволосой малышке был всего один год, она напоминала крошечного эльфа. Слишком юный возраст не позволял этой малышке правильно понимать происходящее. Она лишь интуитивно сознавала, что они оказались вдали от родного дома, где было так тепло и уютно и где за ними ухаживали добрые ласковые слуги. Франческа спала, когда к ним явился какой-то человек и тайно увез из дома в карете вместе с миссис Слейтер.
Увез куда-то очень далеко.
Вивианна не знала, сколько времени прошло с той самой ночи – дни и недели летели, стирались из памяти. Она стала забывать родной дом и то, как хорошо им там жилось. Нет, миссис Слейтер не обращалась дурно с ними, но и особой доброты и тепла они не чувствовали. А когда появился мужчина, который, по словам миссис Слейтер, был ее мужем, она стала вести себя еще более странно. Эта парочка теперь держала детей дни и ночи взаперти в отведенной им спальне. Кормили девочек только тогда, когда считали нужным. Вивианне, несмотря на ее малый возраст, пришлось взять на себя заботу о сестренках, которым без ее помощи пришлось бы очень трудно.
Муж миссис Слейтер нередко приходил в ярость, кричал на них и топал ногами. Когда он оставлял их одних, Вивианна рассказывала сестрам разные истории, и они спокойно засыпали. А Вивианна укладывалась рядом с ними и лежала с открытыми глазами, вспоминала родной дом. От ощущения собственной слабости и бессилия ей становилось до слез горько. Ей отчаянно хотелось снова оказаться дома, рядом с ласковой мамой. Самое ужасное было в том, что она толком не знала, где они жили раньше.
Она, конечно, понимала, что их дом находился где-то в сельской местности, но не знала, как называлось их поместье или соседняя деревня. Ей никто никогда не говорил об этом, да она и не спрашивала.
До сознания малолетней Вивианны тем не менее каким-то образом дошло, что их пребывание в том далеком доме было тайным.
Что касается ее матери, то она была просто «мамой», и Вивианна не слышала, чтобы кто-то хотя бы раз назвал ее по имени, и не знала, к кому в Лондон она уезжала, оставляя их одних.
Миссис Слейтер и се муж обращались с ними как с пленницами, а несколько дней назад, проснувшись поутру, девочки обнаружили, что остались одни. К счастью, спальня оказалась незапертой. Дети слонялись по дому и ожидали возвращения взрослых. Вивианна надеялась, что миссис Слейтер вернется, но ее все не было и не было. Наступил вечер. Трем беззащитным девчушкам, которые оказались одни в темном обветшавшем доме, оставалось надеяться лишь на чудо.
Вивианна ласково прижимала к себе сестренок, пытаясь их успокоить. Было удивительно, что в шестилетнем возрасте она столь ясно осознавала свою ответственность за младших. Девочка была взрослой не по годам. В ее карих глазах читалась недетская решимость человека, куда более зрелого и умудренного опытом.
Голоса раздались вновь, и Вивианна точно узнала голос того человека с бакенбардами. И еще какой-то женский голос, который почему-то показался ей знакомым.
– Мама? – прошептала Вивианна. Она, конечно, знала, что этот голос не может принадлежать ее матери, но он манил и притягивал к себе. – Оставайтесь здесь! – велела она сестренкам. Затем осторожно прокралась из спальни в переднюю. Узкое запыленное окно выходило в огород, где грядки давно заросли высокими цепкими сорняками. Вивианна увидела мужчину с бакенбардами и высокую, элегантную женскую фигуру. Медового оттенка волосы женщины были уложены в красивую аккуратную прическу. Она была в черном платье и изящных серебристых туфельках с низкими каблучками. Вивианна знала, что если взрослые одеты в черное, это означало, что недавно умер кто-то из их близких родственников.
– Болтали, будто она была в деревне, – прозвучал голос мужчины с бакенбардами.
– Кто болтал, Ролингз? – спросила женщина в черном, следуя за своим собеседником по узкой дорожке между грядок. – Как тут все ужасно заросло, – добавила она, с неудовольствием оглядывая огород. – Я даже не представляла себе, что все придет в такой жуткий упадок, после того как Эдвард... – Ее лицо неожиданно приняло печальное выражение.
– Женщина по фамилии Слейтер, миледи, – ответил Ролингз. – Она говорит, что три девчушки – дочери какой-то блудницы из лондонского высшего общества. Женщина хвасталась, что получает много денег за то, что тайно присматривает за этими детьми и прячет их от чужих глаз в этом поместье.
Женщина в черном подозрительно посмотрела на дом.
– Ты точно уверен, Ролингз, что дети все еще находятся здесь?
Ролингз выдержал взгляд ее вопрошающих глаз.
– Да здесь они, миледи. Они не уходили из дома. Самая старшая из них дрожит как осиновый лист, но все равно храбрая! Закрыла собой малышек с таким решительным видом, что я подумал, будто она бросится, как звереныш, на меня, но не даст их в обиду.
– Мне с трудом в это верится, – произнесла дама в черном, в очередной раз, говоря это скорее себе, чем Ролингзу. – Это, конечно, возмутительно, что эта парочка скрылась, не сказав никому ни слова. Но бросить детей, да еще таких маленьких, – это просто ужасно! Чудовищно!
– Тут ходили слухи о том, будто эта самая Слейтер давно занимается темными делишками. Ей платят за то, что присматривает за нежеланными детьми – теми, что появляются на свет вне брака. Она привезла этих троих малышек откуда-то с юга, но никто точно не знает, из каких мест. Мне думается, что их мать осталась довольна, что избавилась от них.
Вивианне стало не по себе. В этой женщине, которая затронула струны ее детской души, было что-то одновременно и настораживающее, и доброе. Ей показалось, что этой женщине можно доверять.
Входная дверь открылась.
– Есть тут кто-нибудь? – раздался голос женщины в черном. Затем, чуть тише, она обратилась к Ролингзу: – Как их зовут, этих малышек?
– Старшую – Вивианна, миледи. Я как-то слышал в деревне, что миссис Слейтер назвала ее Энни, но девочке это имя не понравилось, и она не стала на него отзываться.
– Вивианна, – произнесла женщина с улыбкой. – А как же зовут остальных?
– Этих – не знаю, миледи.
– Ну хорошо. Вивианна! Вивианна, ты здесь?
Вивианна замерла на месте. Женщина в черном шагнула через порог и на мгновение остановилась, ожидая, когда глаза ее привыкнут к сумраку. Этого мгновения, пожалуй, было бы достаточно, чтобы все трое успели выбраться из дома. Но Вивианне понравилась мягкая интонация, с какой незнакомка произнесла ее настоящее имя, и ей расхотелось убегать. Да и куда им бежать? Здесь, в этом доме, хотя бы привычно и не так страшно. Вдобавок ко всему девочка испытывала огромную усталость. Ей снова показалось, что незнакомка в черном не сделает им ничего плохого и, быть может, даже позаботится о них. Станет их помощницей и спасительницей.
– Вивианна! – снова позвала женщина – негромко, но настойчиво. Подол ее платья коснулся пыльной закопченной стены. Она не стала сетовать по этому поводу и отряхиваться. Казалось, будто самым главным для нее было найти детей.
– Я здесь.
Женщина резко обернулась. Ролингз собрался схватить девочку, как будто опасаясь, что она сбежит, однако женщина жестом остановила его. Вивианна увидела, что глаза у женщины светло-голубые и добрые. На душе у нее стало тепло, словно все тревоги последних дней куда-то отступили.
– Кто вы? – спросила Вивианна. Она понимала, что обращаться таким образом к взрослым не принято – за месяцы, проведенные в доме миссис Слейтер, она понемногу отвыкла от того, чему ее учила мама, – но ей действительно нужно было узнать, кто эта женщина.
– Меня зовут леди Гринтри, моя дорогая. Я хозяйка этого дома и земли. Это мое поместье.
Дверь в дальнем конце коридора отворилась, и две маленькие фигурки бросились к Вивианне. Девочка заметила, что у сестренок заплаканные личики, а Мариэтта держит в руках свою любимую тряпичную куклу, которую захватила с собой из дома. Вивианна крепко прижала к себе младших сестер, а те, в свою очередь, вцепились ей в подол.
Какие-то мгновения леди Гринтри смотрела на них – казалось, она сейчас расплачется при виде этих малышек.
– Как твое полное имя, Вивианна? Ты можешь сказать мне, откуда вы приехали? – дрожащим от волнения голосом спросила она.
– Нас привезла сюда миссис Слейтер, – медленно произнесла Вивианна, чувствуя, что у нее сейчас закроются глаза, и она погрузится в беспамятство. Наверное, от голода, подумала она. – Мы приехали сюда из сельской местности, но я не знаю откуда. Там была деревня, но я не помню, как она называлась. У нас был большой дом, там было много всяких красивых вещей. И еще были слуги... Но меня называли только мисс Вивианна и больше никак. Вот только миссис Слейтер звала меня Энни.
Вивианне очень хотелось вспомнить что-нибудь такое, что помогло бы им волшебным образом вернуться домой, к маме, но, как назло, ей ничего не приходило на ум.
Мариэтта сначала пристально разглядывала леди Гринтри, а затем неуверенно прошептала:
– Мама?
Глаза леди Гринтри наполнились слезами.
– Бедные малышки! У меня никогда не было своих детей. Господь отказал мне в этом даре, и я всегда так сожалела об этом. Мой муж Эдвард когда-то был офицером. Он служил в Индии. Он умер, и я стала вдовой. Я одинока, и вы одиноки тоже. Может быть, вы согласитесь поехать со мной и жить в моем доме?
Вивианна испытующе посмотрела на белую нежную руку, которую протянула ей красивая добрая женщина. Рука напомнила ей о маме, о ее ласковых руках.
– Миледи, но ведь вы даже не знаете, чьи это дети! – произнес стоявший рядом Ролингз.
Леди Гринтри смерила его таким выразительным взглядом, что лицо у него пошло красными пятнами. Вивианне это понравилось. И еще ей понравилось, что леди Гринтри протягивает к ней руку и ждет ее решения. Девочка сделала шаг вперед, потом еще один, хотя шагать было трудно: сестренки не отпускали ее подол. И Вивианна подала в ответ свою руку, холодную и давно не мытую. Тогда теплые пальцы леди Гринтри нежно сжали ее ладошку, и от этого прикосновения у нее стало теплее на сердце.
– Пойдемте со мной, малышки! – с улыбкой произнесла леди Гринтри. – Нужно поскорее уйти из этого места.
Глава 1
Беркли-сквер , Лондон
1840 год
Четырнадцать лет спустя
В одной из комнат своего роскошного лондонского особняка лорд Монтгомери с нетерпением ждал той минуты, когда лакей, наконец, добавит последние детали к его вечернему наряду. Лорд был облачен в прекрасно подогнанный сюртук, черные панталоны и превосходно накрахмаленную белую рубашку с высоким воротничком и белым же галстуком. Ансамбль дополнялся жилетом из темно-синего бархата, украшенным золотым шитьем и массивными золотыми пуговицами.
В былые времена Оливер ни за что не надел бы этот жилет, предпочитая для вечернего костюма черно-белую гамму. Жилет, несомненно, был несколько вульгарен, однако на этот раз лорд счел его приличествующим ситуации. Потому что жилет этот идеально соответствовал нынешнему его настроению. Сегодня вечером Оливер намеревался провести несколько приятных часов у Афродиты, после чего отправиться в питейное заведение, названное каким-то остряком «Ведерком крови». Там можно было рассчитывать на недурную потасовку с применением боксерских приемов или заключить с кем-нибудь пари, полагаясь на милость фортуны. В прошлом он затевал подобные вечерние приключения не чаще одного раза в месяц. Теперь же подобные развлечения он устраивал для себя едва ли не каждый вечер. Пьяные кутежи и карты сделались для него привычными и неотразимо притягательными. Из чего окружающие сделали вывод, что лорд Монтгомери ступил на скользкую дорожку. Но именно этого ему сейчас и хотелось больше всего.
– Сэр! – вывел его из задумчивости голос стоявшего в дверях дворецкого.
– Что случилось, Ходж?
– Некая юная особа, сэр, которая уже заезжала к милорду, ожидает вас снаружи, на площади. Я видел, как она притаилась возле ограды и что-то высматривает. Прикажете послать за констеблем?
– Неужели это снова мисс Вивианна Гринтри?
– Именно так, сэр.
Оливер нахмурился. Чего-чего, а этого он никак не ожидал. Мисс Гринтри из Йоркшира по-прежнему намеревается добиться своего и достучаться до его совести.
– Так посылать за констеблем, милорд?
Оливер взял в руки вырезанную из эбенового дерева трость.
– Не думаю, Ходж, что здесь понадобится вмешательство молодцов из городской полиции сэра Роберта Пиля. Оставьте эту особу в покое. Если она попытается преследовать меня, то скоро поймет, что откусила кусок себе не по зубам. Велите подавать карету. Я готов.
Ходж поклонился и отправился выполнять приказание хозяина. Оливер ленивой расслабленной походкой двинулся вслед за ним. Мисс Гринтри может стать неожиданной помехой его сегодняшним планам, однако никакой опасности она для него, судя по всему, не представляет. Можно даже предположить, что ее присутствие в Лондоне даже упрочит его скандальную репутацию.
Мисс Вивианна Гринтри стояла перед элегантным лондонским особняком лорда Монтгомери и чувствовала себя совершенно чужой в этом огромном шумном городе. Ей казалось, что она замерзает, хотя на ней было платье из плотной шерсти и теплый плащ с меховым воротником.
В ней закипал бессильный гнев. Он поселился в ее душе еще несколько дней назад, когда она выехала из поместья Гринтри. В дорогу ее позвало письмо, присланное сестрами Битти и касавшееся дальнейшей судьбы приюта для бедных сирот.
Вивианна стояла на восточной стороне Беркли-сквер, а прямо перед ней, на западной стороне, высился роскошный особняк лорда Монтгомери, построенный в стиле эпохи королевы Анны. Монтгомери – старинное аристократическое семейство, и Оливер был последним отпрыском этого древнего рода. Что может знать такой человек о бедности, о постоянных страданиях и унижениях? От этой мысли Вивианна еще крепче сжала хлыст для верховой езды – единственное оружие, которое вряд ли спасло бы ее на городских улицах от посягательств на честь юной женщины ее социального происхождения и воспитания.
Вивианне уже довелось побывать у дверей особняка лорда Монтгомери с просьбой сообщить милорду о том, что она желает поговорить с ним по вопросу неотложной важности. Надменный лакей, открывший ей дверь, сообщил, что милорд Монтгомери занят, что он собирается отбыть в клуб и, кроме того, не позволяет проводить к нему особ женского пола без сопровождающих лиц.
Вивианна подумала, что это уж чересчур – так заботиться о своей репутации. Если уж кто рискует репутацией, так это она, а не он!
При этой мысли ее затянутые в тонкую перчатку пальцы еще крепче сжали хлыст. Что ж, этот наглец скоро поймет, что мисс Вивианну Гринтри из Йоркшира ему не удастся так легко выбить из седла! Если она решила всеми правдами и неправдами помешать закрытию приюта для бедных сирот по прихоти какого-то высокомерного бездушного эгоиста, то, значит, так и будет.
Грохот колес и цоканье копыт возвестили о приближении кареты, подкатившей к особняку с дальнего края площади. Карета остановилась прямо у ворот ограды дома лорда Монтгомери. Похоже, что милорд действительно вознамерился почтить своим присутствием какой-нибудь клуб, как и сказал его чопорный лакей.
Это был тот самый миг, которого дожидалась Вивианна. Даже такой деревенской простушке, как она, было известно, что все лондонские щеголи обычно каждый вечер стремятся выехать куда-нибудь, чтобы поразвлечься и развеять свою извечную скуку. А из того, что она сумела выяснить про лорда Монтгомери, несомненно, следовало, что он как раз и относится к числу таких столичных бездельников.
Вивианна быстро шагнула в тень, отбрасываемую оградой кованого железа, окружавшей сад перед домом. Один из пассажиров почтового дилижанса, в обществе которого она проделала это долгое путешествие, любезно поведал ей о лондонских джентльменах той самой породы, к коим относился и лорд Монтгомери. Понимая огромную пользу такого рода сведений, которые могут, несомненно, пригодиться ей в будущем, Вивианна постаралась разговорить своего словоохотливого собеседника и узнать побольше о славной когорте великосветских прожигателей жизни.
– Азартные игры, трактиры, где подают выпивку, вечерние клубы и беспутные женщины! О Боже, сударыня, никогда не забывайте, что вы находитесь в Лондоне! Вы, такое миленькое и невинное создание, в таком огромном порочном городе, настоящем Вавилоне!
Вивианна отнюдь не считала себя «миленькой» и, несмотря на то, что оставалась «невинной» физически, была хорошо начитанна и неплохо осведомлена о разных сторонах жизни. Однако при этом она не верила, что лорд Монтгомери способен представлять для нее какую-либо опасность. Такие мужчины, как он, несомненно, предпочитают такие мнимые женские добродетели, как очарование, уступчивость и красота в ее хрупком и слегка болезненном проявлении. Вивианна прекрасно знала, что не отличается ни одним из перечисленных качеств и не может считаться красавицей и модницей. В настоящее время все девушки без исключения стремятся быть похожими на королеву Викторию и мечтают иметь такой же маленький рост и пухлую фигурку.
У Вивианны были большие карие глаза, а густые блестящие волосы отливали каштановым блеском. Ее также отличали высокий рост и здоровая внешность – полная грудь и пропорциональное телосложение, голос ее звучал звонко и выразительно. Кроме того, она нередко смотрела на мужчин так, что те приходили в смущение и начинали нервно моргать. Джентльмен в дилижансе, ее словоохотливый попутчик, признался ей, что когда она повернулась и посмотрела на него, он почувствовал себя так, будто его внешние данные заслуживают не самой высокой ее оценки.
Нет, еще раз подумала Вивианна, ей не стоит опасаться какого-то лорда с репутацией распутника и негодяя – она вполне способна постоять за себя, – однако она сомневалась в том, что ей вообще когда-либо понадобится воспользоваться хлыстом, чтобы отогнать его. Нет, ее цель состояла совсем в другом – ей нужно привлечь к себе его внимание и заставить согласиться с ее точкой зрения. И Вивианна знала, что сможет показаться ему убедительной.
Входная дверь распахнулась. Она увидела, как блеснули зеркала и мраморная облицовка стен в холле. Следовало признать, что дом лорда Монтгомери весьма красив, а Вивианна всегда восхищалась красотой в любых ее проявлениях. Ее приемная мать происходила из семьи Тремейнов, разбогатевшей на торговле. Дед леди Гринтри торговал мясом. Тремейны не могли похвастаться голубой кровью своих предков, а мать Вивианны получила благородный титул от мужа, сэра Эдварда Гринтри. Кроме того, ей достался красивый дом в Йоркшире и, самое главное, любящая ее семья.
Но ведь в этом нет ничего необычного, верно? Ведь в жизни обязательно должен быть кто-то, кто любит тебя и кого любишь ты. Даже такой человек, как лорд Монтгомери, поймет ту просьбу, с которой она намерена к нему обратиться. Неужели он останется глух к ее словам?
Неожиданно на пороге появился и сам хозяин особняка, лорд Монтгомери собственной персоной. Вивианна невольно прищурилась и немного подалась вперед, чтобы получше рассмотреть его.
Тот на мгновение задержался на пороге. Лорд Монтгомери был высок, широкоплеч и прекрасно сложен. Его фигуру выгодно подчеркивал идеально скроенный сюртук, сидевший на нем как влитой. В одной руке у него была трость, в другой цилиндр. Он повернул голову в сторону приближающегося к крыльцу экипажа. Его густые темные волосы были зачесаны назад. Сзади они были длинноваты и падали на высокий стоячий воротничок. Лорд Монтгомери бросил рассеянный небрежный взгляд в сторону Вивианны, несомненно, наслаждаясь чистым и прозрачным вечерним воздухом, и той представилась возможность разглядеть его лицо – прямой нос, высокие скулы, темные бакенбарды, волевой подбородок. Да, лорд Монтгомери был, вне всякого сомнения, хорош собой. Но дело было не просто в красоте. В Лондоне немало видных мужчин. В этом же джентльмене было нечто особенное. Даже в своем прекрасно сшитом сюртуке он все равно казался пиратом. Было в нем нечто такое, чего следовало опасаться.
От осознания этого Вивианна невольно вздрогнула и плотнее закуталась в плащ. Однако стоит ли удивляться? Разве она ожидала увидеть благообразного старого джентльмена? Кроме того, повторяла про себя Вивианна, за свои двадцать лет она попадала и в более трудные ситуации. Убедить богатого и самовлюбленного джентльмена изменить свое решение, сделать добро тем, кого судьба обделила богатством и счастьем, дело не такое уж сложное. Ей незачем опасаться его, хотя именно страх закрался сейчас в ее душу, отчего по коже ее пробежали мурашки, а дыхание заметно участилось.
Вивианна придвинулась ближе к садовой решетке.
Лорд Монтгомери медленно сошел с крыльца и зашагал к мостовой, помахивая тростью. Вид у него был такой, будто ему совершенно нет никакого дела до окружающего мира. Вивианна предположила, что так, наверное, и есть на самом деле. Что ж, скоро лицо его примет другое выражение, в этом не приходится сомневаться. Прямо у нее на глазах лорд Монтгомери сел в карсту, в следующее мгновение колеса пришли в движение, и экипаж двинулся в южном направлении. Вивианна подобрала юбку и бросилась к своему кебу – он все еще ожидал ее на другой стороне Беркли-сквер.
Рывком распахнув дверцу, она рухнула на сиденье.
– Следуйте вон за той каретой! – крикнула она кучеру и откинулась на спинку. Кучер поспешно подчинился ее приказанию.
«Ты уверена, что именно так должна вести себя юная леди? Разве не было бы разумнее вернуться утром и оставить свою визитную карточку?» Вивианне показалось, будто она явственно слышит эти вопросы, произнесенные спокойным, негромким голосом ее матери.
Возможно, призналась она самой себе, при других обстоятельствах ее поведение действительно можно было бы расценить как излишне импульсивное и немного бестактное, однако по-другому она поступить не могла. Ей непременно нужно было поговорить с этим человеком, убедить его изменить свое решение и спасти приют для бедных сирот. Это действительно не такое уж великое безрассудство с ее стороны – сделать важное дело для других людей, чье благополучие зависит от взбалмошного толстосума лорда Монтгомери.
«Верно, моя дорогая, все это прекрасно, но ты уверена, что не слишком увлеклась авантюрной стороной этой затеи? Тебе не кажется, что ты зашла чуть дальше необходимого?»
Немного подумав, Вивианна решила не обращать внимания на эти вопросы.
Кеб продолжала следовать за каретой лорда Монтгомери. Праведный гнев Вивианны уступил место новому приступу беспокойства. Ей оставалось лишь надеяться на то что лорд Монтгомери едет не в Севен-Дайалз и не в Сент-Джайлз или иное место в Лондоне с дурной репутацией. Несмотря на то, что она провела в столице лишь очень короткое время, она уже получила представление о том, каковы эти запруженные людьми, прокуренные вертепы разврата.
Она наделялась, что лорд Монтгомери собрался провести вечер в одном из своих любимых клубов, или даже в каком-нибудь игорном доме для джентльменов, или даже в питейном заведении, каких немало в британской столице. Респектабельная юная дама вроде нее наверняка окажется нежеланной гостьей в игорных домах или трактирах. Однако, оказавшись в многолюдном месте, она будет чувствовать себя достаточно защищенной от возможных оскорблений и посягательств на ее честь. Если она не будет говорить лишнего и постарается не встречаться взглядами с окружающими людьми, то избавится от назойливого внимания тех, кого заинтересует ее присутствие в мужском обществе.
Прогрохотав колесами по булыжной мостовой, кеб в очередной раз, вслед за каретой свернул за угол. Мимо промчался омнибус, несмотря на поздний час, до отказа заполненный пассажирами. На полном скаку оба возницы обменялись какими-то словами, содержания которых Вивианне так и не удалось разобрать. Ее мысли снова вернулись к письму мисс Сьюзен и мисс Греты, сестер Битти, которое и позвало ее в дорогу. Слова этого нервного, как будто в лихорадке написанного послания буквально обжигали ей мозг.
«Многоуважаемая мисс Гринтри!
Обращаемся к Вам потому, что Вы являетесь нашим глубокопочитаемым и любимым другом и надежным помощником во всех наших начинаниях, и умоляем Вас о немедленном содействии. Спешим сообщить Вам ужасные новости! Мы недавно узнали о том, что через девять недель наш приют для бедных сирот будет отнят у нас. Разрушен! Умоляем Вас, мисс Гринтри, поспешите к нам, нельзя терять ни минуты. Заклинаем Вас прибыть в Лондон как можно скорее! Умоляем Вас, поспешите, пока не Стало слишком поздно...»
Остальная часть письма была написана так неразборчиво, что Вивианна больше не смогла ничего разобрать. Нежные и тактичные мисс Сьюзен и мисс Грета были вынуждены написать письмо так невнятно, что Вивианне не оставалось ничего другого, как предположить, что сложившаяся ситуация действительно очень серьезна. Ей представлялось просто невозможным не внять столь страстной мольбе о помощи, несмотря на то что истинную причину угрозы, нависшей над приютом для бедных сирот, она понять из письма так и не смогла. Неужели здание приюта действительно снесут через девять недель?
Нет, этого она ни за что не допустит!
Грохоча колесами, кеб свернул на более широкую, освещенную газовыми фонарями улицу. Вивианна зажмурила глаза и задумалась.
Приют для бедных сирот был ее настоящим триумфом, мечтой, которую она так долго лелеяла и которая в результате нелегких трудов и ее несгибаемой решимости наконец осуществилась.
Приют стал надежным кровом для брошенных родителями детей, преимущественно из семей бедняков. Здесь их кормили, следили за их здоровьем и давали основы знаний. Вивианна давно мечтала об оказании подобной помощи, и обстоятельства для осуществления ее мечты сложились удивительно удачно, когда в Йоркшир прибыли сестры Битти, где прочитали несколько лекций, сборы от которых пошли на проведение ежегодного «Обеда для детей бедняков». Беседа с сестрами еще более укрепила ее решимость оказывать помощь детям бедняков. Вивианна в тот раз сразу поняла, что нашла в мисс Сьюзен и мисс Грете родственные души, по-доброму одержимые желанием помогать людям. На следующий день они встретились за чаем в одном респектабельном отеле. Продолжая обсуждать далее тему филантропии, все трое поняли, как велико их намерение помогать детям, лишенным родительской заботы и ласки. Сестры Битти унаследовали сострадание к окружающим от своего богатого дядюшки, и им всегда хотелось воплотить эту славную черту человеческого характера в конкретные дела. Вивианна по причине своего юного возраста пока не могла распоряжаться собственными деньгами, однако леди Гринтри, которая не испытывала недостатка в средствах и отличалась щедростью, всегда шла навстречу добрым поступкам дочери. Кроме того, она имела прекрасные связи со многими влиятельными семействами Северной Англии.
Так зародилось своеобразное товарищество, основной деятельностью которого была благотворительность. Общим решением сестер Битти и Вивианны Гринтри наилучшим местом для приюта для бедных сирот был избран Лондон.
– В Лондоне, – заявила Сьюзен Битти, – родителей детям приходится особенно тяжело.
Вивианна никогда еще не бывала в столице, однако поверила своим новым друзьям на слово.
Постепенно замысел создания приюта для бедных детей начал приобретать материальные очертания.
Они нашли дом, довольно старый, но крепкий и вполне отвечавший их намерениям. Он носил название «Кендлвуд» и был частью старого поместья, от которого его прежний владелец давно отказался из-за недостатка средств. Находился он в нескольких милях к северу от столицы, непосредственно в сельской местности. В нем было достаточно места для новых обитателей. Рядом располагался огород, где можно было выращивать овощи. Неподалеку от здания начинался лес, дававший возможность совершать прогулки, наслаждаясь живописной природой и свежим воздухом. Число воспитанников в настоящее время не превышало двадцати пяти человек, но Вивианна и сестры Битти намеревались разместить в нем значительно больше юных сирот.
А теперь какой-то бесчувственный себялюбец угрожает разрушить всю эту идиллию.
Но этому не бывать! Вивианна решила это, как только прочитала первые строчки письма своих компаньонок. Она ни за что не допустит, чтобы это свершилось. Юная леди Гринтри не относилась к тому типу женщин, которые безучастно наблюдают за тем, как рушатся их мечты. Она непременно приедет в Лондон и сделает все, что только потребуется, для сохранения приюта в Кендлвуде.
Мать Вивианны, несомненно, встревожилась, узнав о том, куда собралась ее дочь. Однако она уже давно убедилась в том, что если Вивианна решила что-то сделать, то уже ничто не сможет остановить ее. Или даже временно помешать осуществлению того, что она задумала. Вивианна не обращала ровно никакого внимания нате ограничения, которые общество пыталось навязать ей, молодой незамужней девушке. Она была уверена в том, что в жизни есть более важные вещи, чем бессмысленные запреты и обывательские правила поведения.
– Я не допущу, чтобы из меня делали беспомощное, покорное воле обстоятельств существо только потому, что я женщина, – сообщила она матери. – Я еду в Лондон. Нужно срочно спасать наш приют.
Ее сестре Мариэтте тоже хотелось побывать в Лондоне, правда, из менее благородных соображений: «Как замечательно было бы увидеть столичные достопримечательности и шикарные магазины!» Что касается Франчески, младшей сестры Вивианны, то она заявила, что ничто, даже лондонские красоты, не в силах заставить ее покинуть любимый йоркширский край. Вивианна пообещала, что сразу, как только прибудет в Лондон, она напишет ими сообщит, сколько времени проведет в столице.
Затем вместе со служанкой по имени Лил она села в почтовый дилижанс и отправилась в столицу. Перед отъездом леди Гринтри нашла свободную минутку, чтобы откровенно поговорить с дочерью.
– Ты, конечно же, остановишься у тети Хелен в Блумсбери. Я положила тебе в саквояж письмо для нее. В нем я объяснила причину твоей поездки. Я уверена, что она не станет возражать против твоего неожиданного приезда, Вивианна. Надеюсь, ты немного скрасишь тягостное существование бедняжки Хелен. – На мгновение лицо леди Гринтри затуманилось печалью. Ей вспомнилась сестра и ее неудачный брак с Тоби Расселом, человеком с репутацией кутилы и игрока. Немного помолчав, она продолжала: – Кроме того, я дам тебе письмо в банк Хора, что на Флит-стрит, чтобы ты могла, если понадобится, снять деньги с моего счета. В столице у тебя могут возникнуть непредвиденные расходы, и, как знать, может быть, тебе захочется купить пару новых модных платьев. – Леди Гринтри ласково улыбнулась старшей дочери. – Ну что, ты готова к отъезду?
– Да, мама. Я все приготовила. Не волнуйся. Со мной все будет в порядке.
Леди Гринтри печально вздохнула и кивнула:
– Ты всегда была решительной и целеустремленной. Я поняла это уже тогда, когда тебе исполнилось десять. Помнишь, как ты привела к нам в дом сына лудильщика и заявила, что ему нужна пара новых башмаков? Иногда мне кажется, что это истинный дар Божий – точно знать, чего ты хочешь в жизни. Иногда мне кажется... нет... не кажется... временами я просто боюсь за тебя. Не следует быть такой порывистой и действовать решительно вопреки всем обстоятельствам. Заклинаю тебя – старайся сначала думать и только потом действовать! Иначе можно угодить в серьезные неприятности. А этого мне не хотелось бы. Я хочу, чтобы у тебя всегда все было хорошо.
Проезжая в кебе по лондонским улицам, Вивианна думала о том, что предсказание леди Гринтри, похоже, сбывается. Потому что она, не долго думая, сразу же после получения письма стала готовиться к отъезду, но, приехав в Лондон и пробыв в обществе тети Хелен совсем немного времени, сослалась на сильную мигрень и поспешила удалиться в предоставленную ей комнату. Здесь она немедленно принялась переодеваться и, захватив с собой хлыст, тихонько выскользнула из дома.
Служанка Лил, сопровождавшая Вивианну в Лондон, стала невольной сообщницей своей хозяйки, будучи осведомленной о ее намерениях. Лил нашла ей кеб и проводила до дверей, умоляя возвращаться как можно скорее: «Ради Бога, мисс, как можно скорее!» Ведь если ее исчезновение обнаружит тетя Хелен, то... нет, лучше не думать об этом. Конечно же, она сильно встревожится, как будто мало ей забот с ее беспутным мужем. Вивианна понимала, что поступает неправильно, ничего не сказав ей о своих планах, но поделать с собой ничего не могла, увлеченная главной целью своей поездки в столицу.
Карета лорда Монтгомери неожиданно остановилась перед красивым трехэтажным домом.
Привратник в красной ливрее поспешил встретить Монтгомери, выбравшегося из кареты, с решимостью солдата, гордо и храбро отправляющегося на поле брани.
Кеб, в котором ехала Вивианна, тоже остановился. Вивианна выглянула в окошко. Место, в которое прибыл лорд Монтгомери, было обычным, неброским на вид, однако клубам лондонских джентльменов и не обязательно иметь кричащую вывеску.

Читать книгу дальше: Беннет Сара - Сестры Гринтри - 1. Невинная обольстительница